Неточные совпадения
— Бейте его! —
кричал он таким же
голосом, как во время великого приступа
кричит своему взводу: «Ребята, вперед!» — какой-нибудь отчаянный поручик, которого взбалмошная храбрость уже приобрела такую известность, что дается нарочный приказ держать его за руки во время горячих дел.
Все, не исключая и самого кучера, опомнились и очнулись только тогда, когда на них наскакала коляска с шестериком коней и почти над головами их раздалися крик сидевших в коляске дам, брань и угрозы чужого кучера: «Ах ты мошенник эдакой; ведь я тебе
кричал в
голос: сворачивай, ворона, направо!
Обнаруживала ли ими болеющая душа скорбную тайну своей болезни, что не успел образоваться и окрепнуть начинавший в нем строиться высокий внутренний человек; что, не испытанный измлада в борьбе с неудачами, не достигнул он до высокого состоянья возвышаться и крепнуть от преград и препятствий; что, растопившись, подобно разогретому металлу, богатый запас великих ощущений не принял последней закалки, и теперь, без упругости, бессильна его воля; что слишком для него рано умер необыкновенный наставник и нет теперь никого во всем свете, кто бы был в силах воздвигнуть и поднять шатаемые вечными колебаньями силы и лишенную упругости немощную волю, — кто бы
крикнул живым, пробуждающим
голосом, —
крикнул душе пробуждающее слово: вперед! — которого жаждет повсюду, на всех ступенях стоящий, всех сословий, званий и промыслов, русский человек?
«Вставай, одевайся!» —
кричало мне несколько
голосов.
Часовой, черноморский казак, услышав звон колокольчика,
закричал спросонья диким
голосом: «Кто идет?» Вышел урядник и десятник.
— Утопилась! Утопилась! —
кричали десятки
голосов; люди сбегались, обе набережные унизывались зрителями, на мосту, кругом Раскольникова, столпился народ, напирая и придавливая его сзади.
— Ну и впрямь, знать, креста на тебе нет! —
кричат из толпы уже многие
голоса.
Там, по ту сторону воза, слышно было,
кричали и спорили несколько
голосов, но его никто не заметил и навстречу никто не попался.
— Кричал-то он, это правда, три раза ему прокричал, — отозвался другой
голос.
— Секи ее, секи! Что стали! —
кричат голоса из толпы.
— Да вот они сами! —
крикнул громкий
голос; он поднял голову.
— Да вы что думаете? —
кричал Разумихин, еще более возвышая
голос, — вы думаете, я за то, что они врут?
Где-то далеко, внизу, вероятно, под воротами, громко и визгливо
кричали чьи-то два
голоса, спорили и бранились.
Э! брось! кто нынчо спит? Ну полно, без прелюдий,
Решись, а мы!.. у нас… решительные люди,
Горячих дюжина голов!
Кричим — подумаешь, что сотни
голосов!..
«А, Мардохай, Мардохай!» —
закричали все жиды в один
голос.
— Вот, пропадут, пропадут ни за что! — говорил он отчаянно и взглянул вниз, где сверкал Днестр. Радость блеснула в очах его. Он увидел выдвинувшиеся из-за кустарника четыре кормы, собрал всю силу
голоса и зычно
закричал...
— Кто идет? —
закричало несколько
голосов; и Тарас увидел порядочное количество гайдуков в полном вооружении. — Нам никого не велено пускать.
Захочет ли чего-нибудь Илья Ильич, ему стоит только мигнуть — уж трое-четверо слуг кидаются исполнять его желание; уронит ли он что-нибудь, достать ли ему нужно вещь, да не достанет, — принести ли что, сбегать ли за чем: ему иногда, как резвому мальчику, так и хочется броситься и переделать все самому, а тут вдруг отец и мать, да три тетки в пять
голосов и
закричат...
И с самим человеком творилось столько непонятного: живет-живет человек долго и хорошо — ничего, да вдруг заговорит такое непутное, или учнет
кричать не своим
голосом, или бродить сонный по ночам; другого, ни с того ни с сего, начнет коробить и бить оземь. А перед тем как сделаться этому, только что курица прокричала петухом да ворон прокаркал над крышей.
А бедный Илюша ездит да ездит учиться к Штольцу. Как только он проснется в понедельник, на него уж нападает тоска. Он слышит резкий
голос Васьки, который
кричит с крыльца...
— Ради Бога, воротись! — не
голосом, а слезами
кричал он. — Ведь и преступника надо выслушать… Боже мой! Есть ли сердце у ней?.. Вот женщины!
Вдруг ему стало так легко, весело; он начал ходить из угла в угол, даже пощелкивал тихонько пальцами, чуть не
закричал от радости, подошел к двери Ольги и тихо позвал ее веселым
голосом...
Потупился, нахмурился,
«Эй, Прошка! —
закричал,
Глотнул — и мягким
голосомСказал: — Вы сами знаете,
Нельзя же и без строгости?
На все четыре стороны
Поклон, — и громким
голосомКричит: «Эй, люди добрые!
Я поднял голову — на табурете подле гроба стояла та же крестьянка и с трудом удерживала в руках девочку, которая, отмахиваясь ручонками, откинув назад испуганное личико и уставив выпученные глаза на лицо покойной,
кричала страшным, неистовым
голосом.
Вдруг Жиран завыл и рванулся с такой силой, что я чуть было не упал. Я оглянулся. На опушке леса, приложив одно ухо и приподняв другое, перепрыгивал заяц. Кровь ударила мне в голову, и я все забыл в эту минуту:
закричал что-то неистовым
голосом, пустил собаку и бросился бежать. Но не успел я этого сделать, как уже стал раскаиваться: заяц присел, сделал прыжок и больше я его не видал.
Сережа рассердился на меня: сжал кулаки, топнул ногой и
голосом, который ясно доказывал, что он очень больно ушибся,
закричал мне...
Иногда, сидя одна в комнате, на своем кресле, она вдруг начинала смеяться, потом рыдать без слез, с ней делались конвульсии, и она
кричала неистовым
голосом бессмысленные или ужасные слова.
— Ага! попались! —
закричал он, маленькими шажками подбегая к Володе, схватил его за голову и начал тщательно рассматривать его макушку, — потом с совершенно серьезным выражением отошел от него, подошел к столу и начал дуть под клеенку и крестить ее. — О-ох жалко! О-ох больно!.. сердечные… улетят, — заговорил он потом дрожащим от слез
голосом, с чувством всматриваясь в Володю, и стал утирать рукавом действительно падавшие слезы.
— Auf, Kinder, auf!.. s’ist Zeit. Die Mutter ist schon im Saal, [Вставать, дети, вставать!.. пора. Мать уже в зале (нем.).] —
крикнул он добрым немецким
голосом, потом подошел ко мне, сел у ног и достал из кармана табакерку. Я притворился, будто сплю. Карл Иваныч сначала понюхал, утер нос, щелкнул пальцами и тогда только принялся за меня. Он, посмеиваясь, начал щекотать мои пятки. — Nu, nun, Faulenzer! [Ну, ну, лентяй! (нем.).] — говорил он.
Они опять, заглядывая ей в лицо и со смехом
крича что-то ненатуральным
голосом, прошли мимо.
― Нет! ―
закричал он своим пискливым
голосом, который поднялся теперь еще нотой выше обыкновенного, и, схватив своими большими пальцами ее за руку так сильно, что красные следы остались на ней от браслета, который он прижал, насильно посадил ее на место. ― Подлость? Если вы хотите употребить это слово, то подлость ― это. бросить мужа, сына для любовника и есть хлеб мужа!
Тут вдруг заговорило несколько
голосов, и высокий дворянин с перстнем, всё более и более озлобляясь,
кричал громче и громче. Но нельзя было разобрать, что он говорил.
— Стой! Эй, милой! Постой! —
кричали два
голоса.
№ 28!»
кричали еще разные
голоса, и занесенные снегом пробегали обвязанные люди.
Она знала, что он
кричит, еще прежде, чем она подошла к детской. И действительно, он
кричал. Она услышала его
голос и прибавила шагу. Но чем скорее она шла, тем громче он
кричал.
Голос был хороший, здоровый, только голодный и нетерпеливый.
— Мне обедать еще рано, а выпить надо. Я приду сейчас. Ей, вина! —
крикнул он своим знаменитым в командовании, густым и заставлявшим дрожать стекла
голосом. — Нет, не надо, — тотчас же опять
крикнул он. — Ты домой, так я с тобой пойду.
— Водки лучше всего, — пробасил Яшвин. — Терещенко! водки барину и огурцов, —
крикнул он, видимо любя слушать свой
голос.
― Левин, сюда! ―
крикнул несколько дальше добродушный
голос. Это был Туровцын. Он сидел с молодым военным, и подле них были два перевернутые стула. Левин с радостью подошел к ним. Он и всегда любил добродушного кутилу Туровцына, ― с ним соединялось воспоминание объяснения с Кити, ― но нынче, после всех напряженно умных разговоров, добродушный вид Туровцына был ему особенно приятен.
Он умолкал на несколько мгновений и снова принимался
кричать.
Голос его звонко разносился в неподвижном, чутко дремлющем воздухе. Тридцать раз по крайней мере прокричал он имя Антропки, как вдруг с противоположного конца поляны, словно с другого света, принесся едва слышный ответ...
Мы действительно добрались до выселков, хотя правое переднее колесо едва держалось и необыкновенно странно вертелось. На одном пригорке оно чуть-чуть не слетело; но кучер мой
закричал озлобленным
голосом, и мы благополучно спустились.
— Кто это? —
закричал он не своим
голосом.
Голос мальчика тотчас с радостным озлоблением
закричал...
Я отвернулся и быстрыми шагами стал спускаться с холма, на котором лежит Колотовка. У подошвы этого холма расстилается широкая равнина; затопленная мглистыми волнами вечернего тумана, она казалась еще необъятней и как будто сливалась с потемневшим небом. Я сходил большими шагами по дороге вдоль оврага, как вдруг где-то далеко в равнине раздался звонкий
голос мальчика. «Антропка! Антропка-а-а!..» —
кричал он с упорным и слезливым отчаянием, долго, долго вытягивая последний слог.
Филофей задергал вожжами,
закричал тонким-тонким
голосом: «Эх вы, махонькие!» — братья его подскочили с обеих сторон, подстегнули под брюхо пристяжных — и тарантас тронулся, свернул из ворот на улицу; кудластый хотел было махнуть к себе на двор, но Филофей образумил его несколькими ударами кнута — и вот мы уже выскочили из деревни и покатили по довольно ровной дороге, между сплошными кустами густого орешника.
«Ты не узнал меня, граф?» — сказал он дрожащим
голосом. «Сильвио!» —
закричал я, и признаюсь, я почувствовал, как волоса стали вдруг на мне дыбом.
«Сюда! сюда!» —
закричало несколько
голосов.
Только один мальчик с пальчик не плакал. Он
кричал своим тоненьким
голосом: «Перестаньте плакать, я вас выведу из лесу»; но братья так громко плакали, что не слышали его. Когда они услышали его, он рассказал им, что он накидал на дороге белых камушков и выведет их из леса; они обрадовались и пошли за ним. Мальчик с пальчик шел с камушка на камушек и так довел их до дома.
Были брат и сестра — Вася и Катя; и у них была кошка. Весной кошка пропала. Дети искали ее везде, но не могли найти. Один раз они играли подле амбара и услыхали, над головой что-то мяучит тонкими
голосами. Вася влез по лестнице под крышу амбара. А Катя стояла внизу и все спрашивала: «Нашел? Нашел?» Но Вася не отвечал ей. Наконец, Вася
закричал ей: «Нашел! наша кошка… и у нее котята; такие чудесные; иди сюда скорее». Катя побежала домой, достала молока и принесла кошке.
Закричал тут Святогор да громким
голосом:
«Гой, прохожий человек, пожди немножечко.